четверг, 1 марта 2012 г.

Украинское государство МЕРТВО


Юрий Романенко: После парламентских выборов проект «Украина» будет закрыт

Юрий Романенко: После парламентских выборов проект «Украина» будет закрыт. Часть I
О том, что ждет Украину в ближайшие годы, чем закончится сырно-газовое противостояние с Россией, о Третьей мировой войне и роли в ней Украины, читайте во второй части интервью с директором центра политического анализа «Стратагема» Юрием Романенко.
В свое время он взорвал информационное пространство Манифестом среднего класса, потом закрепил успех шумной акцией «Достали!» в двух частях и... исчез. Впрочем, нет, просто затаился, шаг за шагом идя к своей цели.
О том, что это за цель, он рассказал в интервью «фрАзе». Лихой и категоричный в суждениях, он предпочитает мыслить глобальными категориями, из которых, по его мнению, и проистекают все сиюминутные проблемы, конфликты и телодвижения власти. О судьбе движения, возникшего на базе «Достали!», перспективах ненасильственного и революционного протестов в Украине, и том, зачем нам олигархи, читайте в первой части интервью с директором Центра политического анализа «Стратагема» Юрием Романенко.
Начнем немного издалека. Накануне беседы решил вспомнить о Манифесте среднего классаакции «Достали!»... Оказалось, что было это в далеком 2008 г. Три года с лишним уже прошли и с тех пор, в общем-то, ничего подобного больше не появлялось. У вас пропало желание заниматься этим или нет такой возможности?
Да нет, ничего подобного. На самом деле, если возвращаться к тому времени и проанализировать, что тогда произошло, и что произошло потом, я бы выделил несколько позиций.
Первая — когда я писал Манифест, то прекрасно осознавал, что будет после него. Успех любого общественного действия напрямую зависит от организации. Идея написать Манифест была спонтанная. Еще днем 15 декабря я не знал, что следуюшим утром уже будет этот текст. На работе я прочел новость о том, что вкладчики пикетировали в Харькове филиал НБУ. У меня эта новость засела в подсознании и когда мы вечером ехали домой с женой, то я начал вслух набрасывать тезисы и она согласилась, что может получиться сильный текст. За ночь я его написал и еще пару часов утром думал, стоит ли это выпускать в СМИ.
Для меня важно было понять: а) как это распространится; б) какие люди после этого появятся, кто выйдет на меня, чтобы двигаться дальше; в) какой будет резонанс.
Последнее, честно говоря, превзошло все ожидания — я не ожидал, что резонанс будет столь широким, ведь за неделю, используя только Интернет, нам удалось организовать в масштабах страны, не имея никакой организации и финансовой поддержки, действо, которое было замечено общественностью, в том числе социологически. Во всяком случае, мой друг Евгений Копатько (руководитель социологической службы R&B Group —ред.) по моей просьбе провел два социологических замера: в январе и феврале 2009 г. Так вот узнаваемость акции составила сначала 30%, потом — 40%. Это беспрецедентно.
Вторая составляющая — Манифест появился в момент, когда это наиболее востребовано. Мысли, которые я там воспроизвел, частично посещали меня и раньше, но я не чувствовал момента. Получилось по-ленински: «Сегодня рано, завтра будет поздно». Потому что именно зимой 2008 г. общество, которое столкнулось с экономическим кризисом, начавшемся накануне осенью, находилось в шоковом состоянии. Люди не знали что делать, царили апокалептические ожидания, особенно у представителей мелкой и средней буржуазии, которые и были теми объектами Манифеста, на который он был направлен. Так что они дозрели до мотивации как-то на него откликнуться.
Мобилизация масс всегда подразумевает не только создание мотива недовольства, но и некое действие, которое приводит их в движение. Поэтому в конце Манифеста и была прописана акция на центральных площадях с использованием автомобилей. Почему именно так? Потому что я прекрасно понимал, что невозможно за такой короткий срок собрать большое количество людей в конкретной точке, для этого не было соответствующей организации и времени. Поэтому сознательно выбрал маленький срок подготовки — 6 дней, чтобы не оставить оппонентам времени на реакцию и предложил ассиметричный вариант действия — использование авто.
Логика простая: собрать 10 тыс. человек на порядок сложнее, чем 100 автомобилей, при этом визуальный эффект на порядок сильнее у 100 автомобилей. А поскольку наш народ в массе труслив, то необходимо было подтолкнуть его к действию, которое бы не заставляло его чрезмерно рисковать и отрываться от повседневных забот, и при этом обладало бы максимально красивой картинкой для СМИ. Поскольку я знаю, как работают СМИ, то отсюда и появилась такая идея. Собственно говоря, в конечном итоге все так и сработало.
Все это здорово. Но что же случилось потом?
После того как я написал этот текст, меня СБУ сразу поставила на прослушку, и Юля, поскольку получалось, что я вроде как в первую очередь бью по правительству, хотя я бил по всем, потребовала от Третьякова — владельца холдинга «Главред», где я тогда формально работал — чтобы меня уволили.
Лично Юля?
Да, Тимошенко лично. Дело в том, что сразу после появления Манифеста ее представители пытались организовать нам встречу, хотя не только они — были также сигналы от Балоги, регионалов, — но мы от всех этих встреч отказались. Когда же Тимошенко поняла, что никакого контакта у нас не будет, она развернула кампанию по моей дискредитации. Но так как у них реально ничего на меня нет, и быть не могло, то вся «мощь» креатива пиарщиков Тимошенко во главе с Олегом Медведевым свелась к тому, что за этим стоит Павловский, регионалы и т.д. и т.п.
Это, кстати, хорошо характеризует причины провала Тимошенко на президентских выборах. Она настолько виртуализировалась, что ее команда даже представить не могла, что нечто подобное можно сделать самостоятельно на том основании, что это твоя личная позиция. В более широком смысле, это характеризует всю политическую систему, потому что у нас априори считается, что журналист, эксперт, не говоря о простом человеке, должен быть под кем-то, словно это какой-то скот. Потому элита смотрит на народ как на крепостных. Впрочем, как они могут смотреть иначе, если даже депутатов в Раде перекупают табунами.
Впрочем, вернемся к теме. 11 января 2009 г. мы собрали в гостинице «Братислава» региональных представителей, которые участвовали в акции «Достали!». Приехали 159 человек из 18 регионов. За свои деньги. Там было принято решение о создании организации под названием «Третья республика». После того, как я написал Манифест, ко мне стали подтягиваться ребята, с которыми я ранее контактировал по поводу создания альтернативной общественно-политической силы. После акции мы сели и решили, как двигаться дальше. Было ядро из пяти человек, со мной в том числе. Там мне предложили сделать лидером организации Андрея Ревтова, который обещал подтянуть финансовые ресурсы и в принципе был неплохим оратором. Я согласился, подойдя к ситуации прагматично. Однако, как оказалось, Андрей — человек хороший, но слабый лидер. Поэтому сразу начал делать ошибки, не умея правильно разрулить конфликты.
В итоге он и его группа захотели, чтобы все конфликты решились на съезде «Третьей республики», который должен был пройти в конце февраля. Моя позиция была проста: либо мы все урегулируем и приходим к консолидированному решению заранее, либо вообще не движемся вместе. Они не послушали, после чего я и другие ребята, которые меня поддерживали, вышли из процесса.
То есть вы развалились, еще не успев создаться.
Да. В итоге Ревтов таки провел съезд «Третьей республики», которая через несколько месяцев благополучно и загнулась. Из случившегося я сделал для себя три вывода.
Первый — для того, чтобы продвигать свои идеи, необходим собственный медиа-ресурс. Поэтому было принято решение сделать свой интернет-портал, которым в итоге стала «Хвиля», по имени одноименного общественного движения, которое мы зарегистрировали.
Параллельно мы запустили несколько бизнес-проектов, чтобы получить финансовую базу для его поддержания. Мы не можем получить поддержку от олигархов, поскольку еще слишком малы с одной стороны, с другой — противоречим их интересам. Мы не берем грантов, потому что это тоже игра на чей-то интерес. Поэтому мы сделали ставку исключительно на внутренний ресурс.
При этом мы не зависим от позиции других редакторов. Потому что сотрудничество с, например, «Украинской правдой» показало, что ее редактор Алена Притула ведет какую-то свою линию, исходя из своих политических соображений. В 2009 г. я в развитие Манифеста написал еще пять мощных текстов — и Притула их все не пустила. Потому я решил принципиально, что лучше несколько лет потратить на создание своей площадки, чем зависеть от прихотей отдельных журналистов и владельцев СМИ.
Между тем, Тимошенко, вплоть до 21 мая, когда мы ее заблокировали в Украинском доме, продолжала долбать Третьякова, мол, я свил крысиное гнездо в его холдинге. Потому в один прекрасный момент Витя Шлинчак с Юлией Лымарь мне сказали: «Мы уже просто не можем сдерживать натиск». И я ушел (а через несколько месяцев ушли и они). Это дало мне возможность сосредоточиться на «Хвыле» и своей деятельности
Второе — мы начали налаживать контакты с разными протестными группами, которые в тот момент бурно плодились. Так я познакомился с Юрой Збитневым, Аллой Алексеенцевой и с массой других нормальных людей, которых трясет от идиотизма украинской действительности. В 2009 г. мы участвовали практически во всех крупных акциях, которые были в Киеве, но нигде не светились как организаторы — это было наше принципиальное решение, потому что я понимал, что это может навредить. Но зато мы имели возможность на деле увидеть, кто есть кто, какой у него потенциал и т.д.
Тогда же я сделал третий вывод — основная проблема современных контрсистемных сил в Украине заключается в том, что нет интегральной идеологии, которая бы позволила различные социальные группы сконцентрировать в единый кулак. И нет понимания необходимости создания мощной организации. Большинство наших оппозиционеров находятся в иллюзиях, что все как-то само собой организуется. Я же сторонник ленинского подхода к политической деятельности, т.е. политическая организация должна существовать на профессиональной основе. Ключевым становится ресурс для ее поддержки. Ресурс может появиться только из идеи, которая аккумулирует недовольство режимом в конкретные действия. Таким образом, ключевым является проработка идеологии. Только она дает нужный ресурс. Для этого мы создали несколько открытых и закрытых групп, которые начали наработку идей.
Какова конечная цель? Для чего это все?
Сегодня мы входим в следующий этап, который характеризуется развертыванием идеологической платформы, которую мы проработали.
Звучит красиво, но, если назвать вещи своими именами, то речь идет о создании своей партии?
Нет. Это разные вещи. Идеологическая платформа — это развертывание системы взглядов, которая позволяет сформулировать понимание проблем, стоящих перед страной и методы их решения. Ее суть можно сформулировать в нескольких словах так: нам нужно государство, которое будет удовлетворять интересы широких масс. Только в этом случае оно будет устойчивым.
Эта устойчивость важна принципиально, поскольку мир вошел мощнейший кризис, который будет искать выход противоречиям посредством войны (в лучшем случае локальных войн). В этих условиях государство Украина может быть сметено, а народ, проживающий на данной территории, окажется перед угрозой различных рисков. Следовательно, это требует мобилизации различных социальных групп, поскольку выстоять в этом глобальном шторме мы можем только максимально эффективно используя существующие ресурсы. Это возможно в том случае, если народ будет доверять государству и его лидерам.
Кто эти лидеры?
Очевидно, что они появятся в ходе политической борьбы с действующим режимом.
Дело в том, что сегодня украинское государство практически мертво. Если мы хотим выжить, то должны предпринять экстраординарные меры. Поэтому сегодня мы не можем говорить о логике развития, сначала мы должны выйти из логика выживания. Она говорит, что мы должны решить несколько ключевых проблем: трудоустроить людей, наладить работу инфраструктуры, усилить обороноспособность. Все. Это приоритет ближайших 5-10 лет. Если мы не решим эти проблемы, то никакие украинские космические корабли никогда не будут бороздить просторы Вселенной.
Отсюда государство должно открыть все шлюзы всем формам самозанятости. Оно не способно обеспечить людей работой, значит не должно мешать им. Точка. Пусть государство получает от самозанятых минимум налогов и даст им возможность прокормить семьи без своей идиотской опеки. Одна из ключевых проблем — пенсионеры. Их много и они хотят есть...
Государство обеспечивает им гарантированный минимум, которого хватает на еду и закрытие коммунальных платежей. Учитывая, какой обвал уровня жизни нас ждет впереди, пенсионеры согласятся на это. Вторая проблема — бюджетный сектор. Что делать с учителями, врачами? Коррупционные нормы легализировать, там, где можно, где нельзя — ужесточить ответственность.
Например, государство должно гарантировать базовый набор услуг. Допустим, вас сбила машина, вас должны откачать и обеспечить ваше выживание независимо от того, есть у вас деньги или нет. Платными услугами могут быть, например, пластические операции.
Откуда взять ресурсы? У крупного капитала. В отношении олигархов должна действовать одна простая формула: есть налоги — есть собственность, нет налогов — нет собственности. Неэффективное управление также приводит к изъятию собственности. Эффективное управление приводит к поддержке государством на внешних рынках и к допуску участия в больших экономических проектах. Кто нарушает правила, тот преследуется как враг государства.
С такими воззрениями непонятно, зачем вообще нужны олигархи?
Им нужно оставить лазейку, чтобы они не утопили нас в крови до того, как мы окрепнем. Гражданская война для Украины — роскошь. Это закончится полным разрушением всего, что мы еще сохранили после развала СССР и окончательной потерей субъектности. Если же допустить, что новый режим возникает в итоге силового конфликта, то тогда вообще никто не будет заморачиваться такими вещами, как учитывание интереса оппонентов. Потому я говорю исходя из того, что мы должны выйти из сложившейся ситуации с минимальными потерями.
Она связана с парламентскими выборами?
Мы вообще не ориентируемся на выборы.
Вообще изначально я хотел подвести вас к вопросу о том, как вы оцениваете перспективу ненасильственного протеста, одним из примеров которого и стала акция «Достали!», в свете предстоящих выборов? В последнее время это даже модно: протесты с мобильниками и будильниками в Белоруссии, мирные выступления в России, которые почему-то прозвали «оранжевой революцией».
Всему свое время. Нужно понимать, что сегодня акции вроде «Достали!» уже неактуальны. Изменился контекст, изменилась ситуация. Сегодня, если вы проводите акцию, вы можете попасть в тюрьму. Это означает, что ваша организация должна быть способна отбить человека из тюрьмы. Естественно, это приводит к большему конфликту и если вы не демонстрируете потенциал мобилизации масс, то вы проиграете. Поэтому, нужно нащупать болевой нерв общества, который позволит мобилизировать его на борьбу.
Проблема всех наших контрсистемных и протестных движений, оппозиции, квазиоппозиции, заключается в том, что у них нет интегрального взгляда на процессы: они не могут соотнести внутреннее и внешнее, они не могут проработать интересы самых различных социальных групп. Поэтому все их действия получаются распыленными: афганцы действуют отдельно, бюджетники — отдельно и т.д. Из-за этого их всех разбивают.
Для того, чтобы получить какой-то эффект, должно быть четкое понимание ситуации и соответствующая стратегия и тактика. Они заключаются в том, чтобы постоянно достигать маленьких побед, чтобы привить людям понимание возможности успеха. Это первое. Второе — лидеры не должны быть сволочами. Любой успешный режим, как, например, в Сингапуре, стоит на верховенстве права, которое гарантируется верхушкой, придерживающейся общих правил. Когда Ли Кван Ю расстрелял пару проворовавшихся друзей, то все поняли, что это серьезно. Люди понимают язык кнута и пряника. Если бить много, то правительство будут ненавидеть. Если бить за дело и давать пряник, то искренняя радость будет переполнять народ. Янукович должен был расстрелять парочку своих друзей и это дало бы больший эффект и уважение, чем тысяча шоу Шустеров. Расстреливать можно было любого произвольно, потому что куда ни ткни, есть за что.
И все же — какова цель именно вашей деятельности, какой эффект вы хотите получить в итоге?
Создания нового политического режима. По большому счету, создания нового государства, которое будет отражать интересы масс. Я лично хочу жить среди подобных себе людей. Где норма — это норма, а не воровские понятия. Мерзко жить в стране, где правила гопников доминируют наверху и внизу. Каждая поездка по Киеву вызывает рвотный рефлекс из-за прущего из всех щелей маленького и большого жлобства.
При этом вы не собираетесь политически участвовать в этом процессе, создавать партию?
Я такого не говорил. Пока что я просто описываю последовательность ходов. Партия — это инструмент, но этот инструмент работает все меньше и меньше. Вопрос заключается в том, как быстро набрать общественный вес, получить массовую поддержку, которую потом конвертировать в политическую деятельность.
Не проблема создать партию и стать одной из 150 таких же партий, существующих в Украине. Проблема в том, чтобы стать весомым. Как сказал один индонезийский генерал, если вас соберется 10 000 — мы вас разгоним, если вас соберется 50 тысяч — мы попытаемся с вами договориться, если вас выйдет 200 тысяч — перейдем на вашу сторону. Наши все лидеры оппозиции не понимают одну простую вещь: 200 000 человек нужно собирать не для того, чтобы убедить власть, а для того, чтобы взять власть. Большие массы людей собираются редко, и уж когда они собираются, этот потенциал нужно использовать в полной мере на их же благо.
Стоит отметить еще один важный момент. Я сказал выше, что являюсь сторонником ленинского подхода в политике. Нужно понимать: переворот в телекоммуникациях создал ситуацию, когда партии старого типа неэффективны. Они, как и современные государства, — продукт другой эпохи, когда принципиально нельзя было обеспечить коммуникацию с низами на том уровне, как сегодня. Сегодня можно получить выход на миллионы простым кликом, при условии, что вам действительно есть, что им предложить. Ситуация с EX.UA является глобальным трендом, который я описал как борьбу партии онлайн против партии оффлайн.
Так что проблема не в вопросе, участвовать или не участвовать в выборах. Вопрос, в каком качестве и какие цели мы при этом достигаем исходя из своего видения мира. Возможно, мы будем участвовать. Возможно.
В каком качестве — как наблюдатели, как общественная организация или политическая сила? Или вы сейчас говорите не о ближайших выборах, а вообще?
Нет, нужно понимать, что эти выборы будут последними для этого государства.
?!
После парламентских выборов проект «Украина» будет закрыт. В том виде, в котором существует сейчас. Режиму Януковича, или даже просто тому режиму, который сформировался за последние 20 лет, осталось жить около года-двух. При самом удачном стечении обстоятельств он просуществует до 2014-го, но вряд ли больше.
Почему?
В силу тех системных внешних и внутренних вызовов, которые сейчас назрели и перезрели. Эта конструкция просто нежизнеспособна. Она неспособна адекватно реагировать, допустим, на события на Среднем и Ближнем Востоке, где мы сейчас теряем рынки сбыта нашей продукции. Она не способна реагировать на дестабилизацию в России, если такая произойдет, а там, судя по всему, все к этому и идет. Это вид социального рака, который пожирает сам себя и ничто другое делать он не умеет.
Ну, она и внутри страны уже мало на что способна реагировать. Если Азаров рассказывает, что ему через «Фейсбук» приходится помогать людям с дровами...
То есть противоречия достигли критического уровня, за которым начинается хаос. Поэтому мы готовимся к хаосу.
Каким будет этот хаос?
Выборы приведут к окончательной делегитимизации системы. То есть ни масса, ни элита не будут видеть интереса в продолжении жизни этого государства, поскольку оно будет отображать интересы ограниченной группы. В данном случае это будет Янукович, Семья и может еще несколько олигархов.
Что появится взамен?
Может быть несколько вариантов. Первый — здесь происходит революция либо бунт, который создает другой тип политического режима, более легитимного, поскольку опирается на широкие прослойки населения и новую элиту. Старая элита при этом может быть полностью изгнана, а может ее часть будет вмонтирована в новую — это не суть важно. Важно, чтобы в ходе непродолжительной борьбы произошло закрепление нового общественного договора, когда победившая сторона навязывает новые правила игры, которые делают политический режим принципиально более жизнеспособным.
Но для этого кто-то должен возглавить революцию.
Естественно.
Вы видите таких людей?
Они появятся в любом случае. Если есть запрос, то должен быть и ответ. Простой пример: в декабре 1916 г. или даже в январе 1917 г., если бы вы были депутатом Государственной Думы и вас спросили, какая политическая сила через год будет определять будущее России, любой ваш ответ был бы неправильным. Почему? Потому что реальная политическая сила в это время была настолько маргинализирована, была настолько малой величиной, что вообще не просчитывалась на уровне политического анализа. Это как в известном фильме: «Ты видишь сурка? — Нет. — А он есть!».
В условиях, когда появляются «черные лебеди», говоря языком Нассима Талеба, то есть события, которые подготавливались десятилетиями, любое маленькое действие, любой маленький субъект может изменить ситуацию принципиальным образом. Большевики в феврале 1917 г. — это от 5 до 12 тыс. человек по всем весям Российской империи. Большевики в январе 1918 г. — по итогам Учредительного собрания получили 25% состава. Это феноменальный рывок.
У нас тоже условия уже созрели, а это значит, что будут появляться новые политические лидеры, не связанные рамками это системы и соответственно какими-либо обязательствами с этой системой.
То есть это не Яценюк с Королевской...
Естественно.
Второй вариант развития событий — развал страны, превращение ее в «серую зону». Это реальный вариант, на вероятность которого указывают многие факторы.
Украину ждет развал экономический или географический?
Речь идет о разжижжении политических институтов и их локализации на какое-то время. То есть Украина превращается в современную Ливию, скажем так. Вот что мы сегодня видим в Ливии? Мы видим, что ключевые объекты инфраструктуры, связанные с нефтедобычей, контролируются транснационалами и жестко (подчеркиваю — жестко) охраняются. Там все спокойно. А вот там, где нет больших интересов, там царят хаос и власть криминала.
Сходная картина была в Украине во времена гражданской войны, когда более-менее стабильная ситуация была только вдоль железных дорог — немцы в 1918 г. зашли, установили контроль над железными дорогами и крупными городами, это позволило концентрировать перевозку продуктов с целью последующего сбыта в Германию.
Так же и в нашем случае — вокруг инфраструктуры будут выстраиваться зоны стабильности, остальная территория окажется под управлением местных князьков, атаманов, бандитов и т.д. Это будут такие «серые зоны», где каждый сам за себя — homo homini lupus est.
На самом деле, такое уже неоднократно происходило с Украиной. XVII век, после смерти Богдана Хмельницкого, когда система разбалансировалась сначала с приходом Выговского, потом Тетери и остальных. Потом наступила Руина, которая и была как раз временем такой вот «серой зоны», через которую проходили все, кому не лень. 1917-1920 гг.— аналогичная ситуация. То есть мы во многом снова и снова воспроизводим эту модель, ходим по кругу словно бараны. Если бы мы вместо глупого ломания копей по поводу Бандеры, 23 февраля, 7 ноября, тщательнее анализировали свой исторический опыт и обращали внимание на закономерности, которые формируют порядок на данной территории, возможно, мы бы занимали место повыше в мировой иерархии народов.
Между тем, в условиях «серой зоны» возникает необходимость существования самых различных организаций, способных защитить тот или иной интерес. Только организация может обеспечить безопасность своим членам. Человек сам по себе будет находиться в большей опасности, чем члены организаций, и чем она будет могущественней, тем дальше будет периметр личной безопасности. Наша задача — создать такую организацию, которая бы гарантировала безопасность ее членам на основании определенных принципов и возможностей и была направлена на взятие власти на определенной локации (там, где это будет возможно).
Что же это за объекты, вокруг которых будут существовать «островки стабильности»?
Это инфраструктура вдоль газо- и нефтепроводов, возможно, вокруг железных дорог и прибрежных зон.
То есть это не зависит от размеров и численности населения отдельно взятого города?
Нет. Крупные города в случае такого сценария быстро превращаются в ловушку, потому что они не будут способны поддерживать тот уровень жизнедеятельности, который есть сегодня. Киев обречен на деградацию и резкое сокращение населения, которое будет разбегаться по селам для того, чтобы как-то себя прокормить. Тем более, что мы прекрасно видим, как его инфраструктура просто распадается — 20 лет воровства не прошли бесследно. Мы постоянно живем на грани технологического коллапса. И он, кстати, может катализировать процессы социального взрыва.
На территории всей Украины произойдет принципиальное резкое понижение уровня жизни — опять -таки как в Ливии. Украинцы, смотрите на Ливию и думайте, думайте, думайте.
Уже в следующем году?
Может в следующем, может в 2014-м. Это зависит от того, как будут регулироваться противоречия, связанные с выстраиванием новой мировой системы. Мы напрямую зависим от внешних процессов и по мере того, как будут решаться конфликты и как это будет проецироваться на Украину, ситуация здесь будет ухудшаться или улучшаться.
С этим связан третий вариант развития событий — мы попадаем под влияние великих держав и больших транснациональных субъектов, и нас по частям либо вместе включают в какой-то из больших проектов.
Уровень жизни — при любом из перечисленных раскладов — будет понижаться на протяжении ближайших 7-10 лет, поскольку мировая экономика будет деградировать, локализироваться, как это было во времена Первой и Второй мировых войн.
Сменим тему. Как вы объясняете нынешнюю кадровую чехарду в Кабинете Министров?
Любой организм нацелен на то, чтобы выжить. Политический режим, который мы имеем сегодня, прошел ряд стадий своего развития на протяжении 20 лет и сегодня стоит перед этой потребностью — потребностью выживания. Поэтому все действия, которые осуществляет Янукович, и те группы влияния, которые существуют вокруг него, направлены на выживание. Они хотят сохранить позиции, законсервировать ситуацию, поскольку если они этого не сделают, то потеряют власть, а может быть и жизнь (есть такие варианты).
Когда Янукович пришел к власти, он оказался перед выбором: какую систему создавать дальше, на чем эту власть строить. С одной стороны, существовал серьезный запрос на перемены, который обозначился еще при приходе Ющенко. С другой — существуют обязательства перед большими финансово-промышленными группами, которые и привели его к власти.
На мой взгляд, для Януковича оптимальным был путь, по которому не пошел Ющенко. Ему нужно было скинуть часть обязательств и распрощаться с частью тех олигархов, которые его поддержали, запустить внутреннюю чистку, которая бы позволила убрать коррупцию, разъевшую государственный аппарат, и получить ресурсы, необходимые для более справедливой социальной политики и завоевания поддержки масс. Ведь первые четыре месяца уровень его поддержки достигал почти 60%.
По сути, Януковичу необходимо было решить ту же дилемму, которую в свое время весьма успешно решил Сталин, на протяжении 1930-х гг. распрощавшийся со старой большевистской гвардией. По тем же причинам Янукович должен был это сделать со своей старой донецкой командой — они мешают модернизировать государство, сделать его более адаптивным к новым условиям. Но Виктор Федорович решил расплатиться по обязательствам перед олигархическими группами за счет всех остальных. Поэтому экономические реформы, которые осуществляли Азаров и Тигипко, привели к тому, что аппетиты олигархов удовлетворялись в полной мере, и их могущество усилилось, в то время как интересы других социальных групп игнорировались. Это привело к тотальному отторжению обществом власти, ненависти и потере легитимности, которая нашла отражение в том, что сегодня Янукович даже на Востоке Украины не имеет доминирующих позиций.
Но по мере приближения выборов он сталкивается с необходимостью легитимации своей власти, потому что если он не победит на парламентских выборах, то он тем более не выиграет и на президентских.
А как же админресурс?
Этого недостаточно. Нельзя переломать негатив, который достигает 60% и выше. Если система работает как карательная, ущемляющая интересы масс, то у этой массы нет никакой необходимости участвовать в выборах, идти в суд, вообще каким-либо образом защищать свой интерес через государство. Ему государство, по большому счету, вообще не нужно. И это нашло свое отражение в протестах, которые прокатились по Украине в 2011 г.
Януковичу стоило бы почитать Макиавелли, который утверждал, что вред, уж если и причинять, то очень большим, чтобы противная сторона не имела возможности ответить. Мелкий и средний вред возбуждает ненависть, которая подтачивает режим. Что сделал Янукович? Забрал у мелкого бизнеса льготы — вернул потом часть льгот. Повысили пенсионный возраст — теперь говорят, что понизят опять. Это показывает, что во власти идиоты, не способные посчитать ситуацию дальше одного-двух шагов. В этом плане Ющенко-Тимошенко-Янукович — абсолютно идентичны.
И вот режим Януковича столкнулся с ключевой проблемой: в то время как его благополучие и перспектива напрямую зависят от легитимности, получаемой от масс, его отношения с олигархами не позволяют заручиться этой поддержкой. Поэтому вопрос заключается в том, где взять ресурс на то, чтобы хоть как-то задобрить массы и таким образом пролонгировать собственную власть? Внешние ресурсы отсечены: мы не можем получить деньги у МВФ, потому что это требует выполнения определенных условий; мы не можем привлечь иностранный капитал, который вообще боится сюда идти; возможности России также стали более ограниченны, более того режим Януковича вошел в непосредственный конфликт с режимом Путина. Выжимать из среднего класса уже фактически нечего, потому что все уже и так выжато, а прессинг налоговой и налоговая реформа привели к тому, что масса людей ушли в тень.
Остается только один ресурс — олигархи. Логика сегодняшних процессов заключается в том, что Янукович выстраивает инструмент, который позволит выдавить из олигархов нужные ресурсы и ликвидировать угрозу дворцового олигархического переворота, которая назревает в связи с этим. Проще говоря, для того, чтобы в принципе получить возможность выиграть парламентские выборы и иметь какую-то президентскую перспективу, о которой он думает, он должен «зарезать» часть олигархов, с которыми пришел во власть. Не бютовских, у которых в массе уже все забрали, а именно своих. И сегодня решается вопрос относительно того, кто будет этим смертником, за счет которого система будет выживать.
Поэтому назначаются многократно проверенные люди, вроде Калинина, которые гарантированно его не сольют. Люди, которые по своему менталитету — тактики, нацеленные на то, чтобы стрелять. Кто такой Калинин — это специалист по контртеррористической борьбе. Это не стратег, это — стрелок.
Думаете, после выборов могут начать стрелять?
А кто сказал, что после выборов, а не до них? Кто сказал, что не может быть организован дворцовый олигархический переворот?
Хорошо, пусть так. Вопрос не в этом, вы действительно считаете, что эти верные Януковичу люди ни перед чем не остановятся и будут стрелять?
Будут стрелять. В любом случае. 100%. Следуя логике процессов, «должен остаться только один».
То есть друг в друга. Или в народ?
И друг в друга, и в народ. Потому что народ выступает в качестве инструмента разборок. Допустим, есть какое-то общественно-политическое движение или партия. Олигарх дает им деньги, рассчитывая на то, что она будет защищать его интересы. В свою очередь, это создает угрозы Януковичу, потому что это движение раскачивает ситуацию. И если милиция стреляет в народ, то этим как бы стреляет и в того же олигарха. При этом и сами олигархи могут подвергаться угрозе силового воздействия: их будут выталкивать за рубеж, либо же сажать прямо здесь.
Вернемся к кадровым перестановкам.
Да. Давайте посмотрим на последние назначения. Например, появилась информация, что Министром финансов становится Юрий Колобов, который является человеком Семьи, и пользуется исключительным доверием. Вообще он должен был занять эту должность еще во время первой ротации Хорошковского. Уже был подписан соответствующий Указ. Но потом, когда все это уже готовилось для выхода в прессу, Указ был отозван и на его место назначен Хорошковский. О чем это говорит? О том, что появились некоторые факторы, которые заставили изменить решение. А потом Хорошковский вдруг телепортируется до Первого вице-премьера. В промежутке увольняют Клюева, то есть это означает, что дальше борьба не ослабевала, а лишь нарастала. Место Хорошковского, как и задумывалось, занял Колобов. При этом устанавливается устойчивая связка НБУ-Минфин, на которую Семья претендовала изначально.
На этом примере хорошо видно, какая жесточайшая борьба идет между теми группами, которые способны определять политические и экономические процессы. Сегодня этих групп три.


Первая — Семья. Она постоянно укрепляется и сейчас входит в процесс управления государственными финансовыми потоками. А сегодня это ключевой момент, потому что будет выживать тот, кто окажется возле бюджета. Внешние рынки теряются, внутренний рынок — слабый и не позволяет сохранить прибыль даже на том уровне, на котором есть. Поэтому жить можно будет только за счет бюджета, что мы и наблюдаем на примере Евро-2012, когда 120 млрд. идут на всякую ерунду. Мы могли на эти деньги построить авиазаводы, которых нам так не хватает, чтобы занять более крепкие экспортные позиции на рынках Азии и Африки. Могли модернизировать предприятия в машиностроении, оборонке и т.д. Вместо этого куча денег была сворована на стройках «века».

Вторая — группа Хорошковского-Левочкина. Я бы не говорил группа РУЭ или группа Фирташа, потому что Хорошковский движется по своей логике. При этом он использует ресурсы Фирташа, да, но логика у него своя. И можно в определенной степени говорить об усилении пророссийской партии через эту группу. Но я бы не драматизировал эту ситуацию, мол, караул, русские тотально устанавливают контроль. Это полная ерунда, потому что и их элита, как и наша, завязана на Запад: своими финансовыми интересами, собственностью, бизнесом. Поэтому фигура Хорошковского — консолидирована как Россией, так и Штатами, это нужно понимать.

Ну, и третья группа — это Ахметов, как самый крупный игрок, из которого, конечно, хотелось бы побыстрее пустить сок, чтобы забрать его активы и бросить на социалку, но который может реально отстрелить голову. И Янукович это прекрасно понимает. Потому за Ахметова возьмутся в самую последнюю очередь, когда будет уверенность в гарантированности результата.

Да вроде не те уже времена, чтоб бошки отстреливать.

Эти времена вернулись, только уровень игры масштабнее. Раньше разбирались между собой бандитские группировки, а сегодня они имеют статус крупных финансово-промышленных групп.

Вокруг этих групп происходит укрупнение, начался процесс объединения сверхкрупных игроков в сверхсверхкрупных. Мы видим, как сливаются активы Порошенко с Ахметовым, то есть Петр Алексеевич понимает, что сам не выстоит, его сожрут, поэтому нужно прибиваться к Ринату Леонидовичу. Мы видим, как консолидируется Семья, как новая группа, которая, получив административный ресурс с приходом Януковича, начала консолидировать контроль над различными сферами. Иные хотят попасть в группу к Хорошковскому.

Соответственно, месседж Азарова о том, что мы будем доить олигархов, обозначает дискурс, который будет определять погоду в 2012 г. Это значит, что игроков, которые не вписываются в эту тройственную систему координат, будут выносить в прямом смысле этого слова. Под угрозой Коломойский, под угрозой Клюев, что показала его отставка, в результате которой он ослабил свои позиции. Что бы ни говорили, отсечение от миллиардных потоков — это существенная потеря. Это плохой знак для стародонецких, потому что молодые волки из окружения Саши Януковича хотят все больше и больше, их аппетиты растут. Они уже сожрали Иванющенко, он уже два месяца пребывает за пределами Украины, сидит там у себя в Монако и не думает возвращаться.

Так что логика назначений Януковича абсолютно понятна и вполне предсказуема, учитывая короткую кадровую скамейку. Абсолютно понятно, что Азаров — сбитый летчик, даже если он останется на посту, то будет выполнять функцию зиц-председателя. Возможно, на посту премьера окажется Хорошковский, либо Арбузов (ему, кстати, уже предлагали, но он отказался, потому что понимает риски ситуации, связанной с переходом в публичную плоскость). Ну, или Тигипко, которого, как того обвязанного гранатами советского бойца, бросают на дот социальных ожиданий. То есть им не жалко пожертвовать, тем более что он уже и так уничтожил себя игрой в социального реформатора. А сейчас нужна как раз такая фигура, которая будет много говорить о реформах, о новом лице власти, но при этом реально не будет иметь какого-либо влияния, потому что оно будет сконцентрировано у министров и вице-премьеров.

В самом разгаре «третья газовая война» с Россией. На этот раз еще и с привкусом сыра. Это чисто предвыборные игры?

Да.

То есть, когда выборы закончатся, все само собой урегулируется?

Само собой — нет. В чем суть сегодняшнего конфликта? Есть два режима, схожие по своей сути, по своему происхождению и содержанию. В итоге конфликт между ними оказался даже более ожесточенным, чем это было при Ющенко — на том основании, что их интересы конкурируют. Поэтому вопрос заключается в том, чтобы частично убрать игроков, которые мешают установить русским контроль над какими-то активами здесь. По мере того, как позиции русских будут укрепляться, будут ослабевать конфликты между Киевом и Москвой.

Вторая составляющая — для Путина сегодня ключевым приоритетом является безопасность, как и для нашего режима. Причем для него безопасность связана не только с внутренними рисками, но и с внешними. Россия втянута в большую игру. На кону — мировое господство. Либо оно сохранится за западным конгломератом, американскими и европейскими транснационалами, мировыми финансовыми институтами, либо же это будет азиатский конгломерат во главе с Китаем. Так вот Россия в этой ситуации занимает принципиально важную позицию джокера, от которого зависит, как разрешится этот конфликт. Точно так же было во время первых двух мировых войн. Если она уходит к Китаю, тот получает ресурсы, которые позволяют ему осуществлять дальнейшую модернизацию без ориентации на западные рынки. Если же она выберет западный конгломерат, то решит ключевой вопрос американцев, которые не хотят терять позицию мирового гегемона. Блокируя доступ Китая к ресурсам, они тем самым ограничивают его возможности для развития и с высокой долей вероятности вталкивают во внутреннюю дестабилизацию, как это периодически происходит в Китае на протяжении 2-3 тыс. лет.

В такой ситуации наличие Украины для Путина — это вопрос наличия инструмента, способного оказывать давление на Запад. Потому что американцы, пока Россия всеми силами строила Сколково, сделали одну серьезную вещь — перевели ПРО из плоскости вероятности в плоскость реальности. Система уже существует, постоянно разрастается и нивелирует влияние стратегических ядерных сил России. В этих условиях Путин, по сути, оказался в положении человека, которому приставили к виску пистолет с взведенным курком. Российская элита имеет очень ограниченное время для того, чтобы адекватно ответить на такую угрозу. И речь идет не о строительстве сотен и тысяч боеголовок, потому что на это нет времени. Позиции, которые озвучил Путин в своей последней статье о том, сколько они там собираются построить подводных лодок, ракет или еще чего-то, являются проигрышными по той же причине.

Все будет происходить еще быстрее, потому что американцы, имеющие фору перед Россией и Китаем в сфере новейших вооружений, не будут сидеть и смотреть, как они сокращают эту фору до 2020 г. Поэтому логика будет подталкивать американцев к тому, чтобы наносить превентивные удары в виде региональных войн, внутренней дестабилизации и вплоть до удара крылатыми ракетами по ключевым центрам ядерного стратегического потенциала противника.

Дестабилизация Магриба и Ближнего Востока — это прелюдия Третьей мировой войны, давайте называть вещи своими именами. Только в Украине упрямо пытаются не замечать новую угрожающую реальность, потому что... у нас «дело Тимошенко». Это ужас. Просто ужас, когда близорукость нескольких человек убивает какие-либо перспективы у целой страны.

Таким образом, у Путина сегодня может быть только одна правильная стратегия — вхождение в близкий контакт с Европой, то есть угроза оккупации Европы. В этом плане очень важны территории, с которых это можно будет делать. Для этого нужна Украина (почитайте книги серьезных американских специалистов по геополитике, например, Джорджа Фридмана «Следующие 10 лет», где он дает очень обстоятельную картину, как изменятся геополитические ландшафты).

Но русские сегодня не готовятся к такому сценарию, они находятся в какой-то прострации, что наводит на мысль о печальном будущем России.

Она сегодня напоминает царскую Россию образца 1914г.: слабая несовременная армия, огромные внутренние противоречия, неэффективная власть, сырьевой характер экономики. По сути, она нынче является «больным человеком Евразии», каким являлась Оттоманская империя в конце XIX — начале XX вв. Тогда за счет Германской, Австро-Венгерской, Оттоманской и Российской империй произошла переконфигурация мирового пространства, и был сделан шаг в сторону мирового правительства. Этот процесс начался с Первой мировой и продолжался до Второй мировой, которая, по сути, была одной тридцатилетней войной, с перерывами. Сейчас точно так же старые неэффективные большие государственные машины становятся тормозом на пути создания по-настоящему адаптивной мировой системы с единым центром принятия решений, который бы позволил оптимизировать использование самых разнообразных ресурсов, решить экологические проблемы, решить проблемы демографии, перенаселения и т.д.

Но что все же будет с газом?

Заключат договор и все. Чего тут париться. Просто договора должны заключаться теми субъектами, которые будут способны их выполнить. Ну, с кем их сегодня заключать? С «Газпромом», где Путин активно выбивает медведевцев? Или с Бойко, которого завтра же могут убрать? Это решаемый вопрос, не напрягайтесь, мы с этого ничего не получим.

Что будет с ГТС?

Это не важно. Какая для простого человека принципиальная разница? Вон Белоруссия слила ГТС, это кто-то из простых белорусов почувствовал?

Разве что чувство моральной неудовлетворенности от некоего поражения.

По большому счету, газовый вопрос — вторичен в условиях, когда на кону стоят власть и государство в принципе. А газ — это всего лишь инструмент обогащения нескольких семей. Вы относитесь к этим семьям? Нет. Я тоже.

Ну, сначала был газ. Потом подтянулся сыр, потом тележки для вагонов забраковали...

Сыр, вагоны — это газ. Это просто инструмент влияния по разрешению газового конфликта. Вы бьете в пах, чтобы ваш оппонент принял правильное решение, а не потому, что вы хотите лишить его детородных функций.

Что же делать Украине в такой ситуации?

А что такое Украина?

Государство.

Так нет такого государства. Если подходить с нормальной точки зрения, то государство — это инструмент, который защищает общественные интересы. Здесь нет такого государства, оно напрочь отсутствует. Здесь есть инструмент защиты интересов нескольких сотен человек. С прислугой — нескольких сотен тысяч. Все остальные десятки миллионов — это призраки. Они словно персонажи «Скотного двора» Оруэлла, живут, чтобы хозяева имели профит. Учитывая, что сегодня в Украине хозяева никудышные, поголовье постоянно катастрофически уменьшается.
Здесь вот еще что нужно понимать. Государства в старой форме — мертвы. Это тяжело понять, но необходимо. В 1917 году десятки миллионов человек тоже не могли понять, как можно жить без батюшки-царя. Но пришлось. Сегодня мы живем в великую и страшную эпоху, когда весь привычный нам уклад будет сметен в следующие 10-20 лет.

Наверняка появятся новые государства, с более ограниченными возможностями, с перераспределением властных полномочий вниз, на уровень местных локаций и на уровень транснациональных структур. Государствам останутся несколько функций — прежде всего, полицейская. Но в любом случае должна появиться некая система, которая будет более гибкой и ориентированной на социальный интерес. Мы выйдем из этого управленческого, мировоззренческого кризиса с новыми институтами, новыми идеалами, новой экономикой. Это будет новый интересный мир, жаль только, что не все его увидят.
Читать ТАКЖЕ:

Коррумпированная Верховная зРада Украины


Секретные территории на Земле

Крым принадлежит России





Комментариев нет :

Отправить комментарий