среда, 22 апреля 2015 г.

ЖЕСТЬ ! Украины НЕТ: США и укр-сионистская Хунта поставили на поток производство ЗАПЧАСТЕЙ из УКРАИНЦЕВ

Что скрывают от нас власти - истинные цели войны Рассказ американского трансплантолога



Оригинал взят у madame-katushki.


После просмотра откровений этого иностранного хирурга, у меня нет слов - От просмотра волосы дыбом по всему телу. 

Были предположения, а теперь еще и подтверждения тому, что нас повели на убой 2 МАЯ. 

Теперь многое становится понятным, куда исчезают люди. И те подвалы , которые находят ополченцы с изувеченными телами. 

И пусть теперь  только попробуют сказать, что одесситы себя сами сожгли! Нет прощения фашистам!

Рассказ американского трансплантолога работавшего 2 мая в Одессе. Нужно чтоб как можно больше людей об этом узнали. 

Максимальный Репост !

Вот это и есть ЗАПАДНЫЕ ЦЕННОСТИ.....



Перевод Anna Nedosekina 

Думаю, что далеко не все русские смогут понять без перевода. Поэтому я сделала перевод с украинского на русский язык. 

Возможно, где-то не точно перевела, извиняйте. Давно не слышала украинскую речь. Но смысл поймут все, надеюсь....Итак ИСПОВЕДЬ:

Я хочу рассказать, что произошло со мной на Украине совсем недавно.Возможно, мой рассказ поможет другим выбраться из того пекла, в которое мы сами себя затянули. 

Все начиналось хорошо, когда я приехал в 2009 году учиться в Америку. Я получал стипендию, а моя семья могла оплачивать мое проживание и другие расходы. 

Закончив бакалаврат в 2013 году, я собирался поступить в одну из медицинских школ, но на то была воля аллаха, я провалил экзамен в Pre-Med. 

В это время начались волнения в Сирии, бизнес родителей был под угрозой. И они не могли больше помогать мне финансово. Мне нужно было продержаться всего год, чтобы повторно держать экзамен и попробовать получить стипендию, и я стал пытаться устроиться на работу. 

С устройством на работу возникли проблемы, так у меня не было рабочей визы. По правилам я должен был покинуть страну до концы 2013 года, тогда кончалась моя студенческая виза. Мне нужно было принимать решение. 

В августе (авт.- то есть уже в августе 2013 года США готовились к событиям на Украине), во время моего очередного посещения миграционной службы, ко мне подошел человек и предложил оговорить возможность получения работы с хорошим заработком и дальнейшим получением рабочей визы. Мы вышли на улицу и дошли до парка. Мне предложили поехать в другую страну в качестве миротворческих сил. Этим людям были нужны врачи, в том числе хирурги-трансплантологи. 

Я сразу сказал, что не могу открыто это сделать и засомневался, что могу это сделать с учетом того, что имею обучение только по пройденной программе Pre-Med. Мне ответили, что это внутренний заказ правительства, и в случае сотрудничества мне справят все документы. 

Кроме того, во время работы в другой стране я пройду 3-х месячные подготовительные профильные курсы перед отправкой. После проверки у меня будет сумма на счету в банке и рабочая виза. Я смогу начать работать и смогу сам оплачивать свою учебу. 

Когда в 2013 году я принял решение поехать на Украину, мне хотелось проверить все это на себе. И, конечно, меня смущали обстоятельства. Тем более, что во время обучения у меня была одна поездка на Украину, в Киев. Это была одна поездка по обмену опытом со студентами из киевских университетов. 

Я с детства немного знаю русский, и мне было не так тяжело общаться. Русский язык я учил в школьные годы у себя на родине, в Сирии. Моя тетя была преподавателем в российской школе.
Поэтому. когда на 3 курсе нам предложили выбрать страны для поездки, я выбрал Украину. Мне было удобно.

Возникли трудности с пониманием в семье - на трансплантацию они смотрели с подозрением, обвиняя меня в аморальности. Поэтому, про то, что я в реальности делал на Украине, не знал никто. Семья думала, что я поехал, как обычный врач в составе миротворческих сил для поддержки мира на Украине. 

В новостях это же самое и говорили.Я уже тогда понимал, что пересадка органов - это отработанные методы и стандартные операции. Техника ведения таких операций - не секрет. Сейчас во всем мире острый дефицит донорских органов. Поэтому трансплантация имеет развитие и финансирование не всегда легальное. И от этого достаётся много морально-этических волнений. Это и является сложностью в нашей работе - договориться со своей совестью. Все остальное уже решили жадные чиновники и военные. 

Во многих странах власти в курсе этих дел. По этой причине нам обещали поддержку и гарантии безопасности в других странах. Нам выдали документы, которые подтверждали, что мы журналисты.Это было международное удостоверение журналиста на мое имя.

Как мне и обещали, перед поездкой мы прошли курсы специальной медицинской подготовки и были готовы к вылету. Должен быть год работы в другой стране, потом-возвращение в США. В новую для меня жизнь. 

Нас разместили на квартире, недалеко от посольства США. раз в неделю нас посещали странные люди в простой одежде. Мы слышали украинский и английский язык. Нам пояснили, что скоро мы будем делать операции по изъятию органов для дальнейшего лечения тяжело больных людей. Каких-не уточняли. 

Мы допускали, что это могут быть солдаты или граждане Украины, что наша помощь нужна для жизни людей, для спасения жизни людей. 

Каждую неделю мы выезжали на окраину города Киева. Там было небольшое здание - частная клиника. Без вывески. Нас привозили до входа, в сопровождении охраны мы быстро попадали в середину здания. Там все было покрашено в зеленый цвет. Как в операционной. В этом доме мы проводили операции (авт. - вырезали внутренние органы у митингующих с Евромайдана или у погибших на этой акции протеста). Посменно. Иногда и ночевали там. У нас были комнаты, как в дешевых гостиницах. Как у солдат - кровати в два яруса. 

Так было до начала мая. 1 мая нас подняли рано утром и офицер огласил список из двух частей. Всех нас разделили на две части и велели собрать свои вещи. Мы отъезжали на срочный вызов. Как потом стало известно - в Одессу (авт. - киевская сионистская Хунта заранее готовилась к массовому убийству в Одессе). 

Мы выехали из Киева вечером 1 мая и уже к ночи были в Одессе. Там были подготовлены заранее два передвижных комплекса для проведения операции в экстренных ситуациях. Такими ситуациями могли быть катаклизмы или война. Но на улицах было все спокойно и не было видимых причин для такой подготовки города. Наша группа врачей разместилась на окраине города, другую группу отвезли в центр.

2 мая всех подняли с утра и сказали, чтобы были готовы к приему органов для подготовки их к дальнейшей транспортировки куда-то дальше. Наша группа на окраине должна была принимать боксы от первой группы из центра города и готовить боксы для длительной перевозки. 

В течение этого дня мы работали, как каторжные, под прицелами автоматов и крики военных. У нас появились первые опасения за свою жизнь и серьезные подозрения в реальности того, что происходит. 

За один день мои глаза увидели столько органов, сколько я не видел за все время моего обучения хирургии.

Откуда их привозили, и почему их так много в один день? Мы не могли смотреть городские новости во время работы, но к вечеру кто-то из коллег сказал, что в городе идет бойня. Война? Мы не знали правильное объяснение, но понимали, что происходит что-то ненормальное. Все происходило так быстро, все торопились успеть забрать как можно больше органов за один день. Забрать и вывезти. 

Изъятие почки у трупа для трансплантологии допустимо при следующих условиях: только по окончанию 30 минут после неопровержимой установки биологической смерти, которая наступила, несмотря на проведение всего комплекса реанимационных мероприятий, и признания абсолютной бесперспективности дальнейшей реанимации.

Было очевидно, все спешили успеть, нас всех торопили, под прицелом. И первая команда в центре города - "заготовители" - тоже спешили, потому что "живая" почка, вырезанная с живого человека, является куда более ценным материалом, чем вырезанная с мертвого. 

Кора головного мозга умирает за 3-4 минуты после смерти человека, почки сохраняют жизнеспособность в течение 30 минут. Чем раньше их вырежут и законсервируют, тем лучше они подойдут для пересадки. В идеале - пока сердце донора еще бьется. Той охотой, что жестко навязывалась военными, и шло то самое - за "живыми " почками. 

Готовят операционное поле - смазывают зеленкой и йодом груди, живот, пах. Руки заводят вверх и связывают бинтом. Потом делают крестообразный разрез на животе донора и, далее, по схеме, изымают органы.

После событий в Одессе я понял, что все не так, как нам обещали. Нам говорили, что мы работаем врачами в поле, а на деле оказалось, что не врачами, а патологоанатомами и трансплантологами. Мы должны были вскрывать трупы погибших солдат и простых людей и забирать у них органы для дальнейшей пересадки.

Тогда, в Одессе, 2 мая, мы впервые услышали про какого-то важного для военных человека - Наливайченко (авт. - Руководитель СБУ).

Во время загрузки в машину боксов с органами двое солдат уронили тележку, и офицер долго бил их ногами и кричал, что, если вы попортите хотя бы один бокс, я сам ваши почки подарю Наливайченко.

3 мая мы рано утром приехали в какой-то город или большой поселок. Через день наш кортеж из трех легковых машин поехал дальше. 

Это было после Одессы. Были - Славянск, Краматорск... 

Передвигались между городами только ночью. И все время мы делали одно и то же: каждый день мы работали, как рабы Франкенштейна, резали и изымали органы. 

Это были тела солдат. Прямо на улицах городов и сел. Каждый день руки в крови. Это было адское пекло в реальности. С утра и до вечера изувеченные тела и гримасы ужаса на лицах мужчин и женщин. 

Так нас привозили не только на поле боя до умирающих солдат. Нам привозили тела абсолютно чистые и ухоженные. С одним круглым выстрелом. Чаще - в голову. (авт. - это были убитые украинскими извергами мирные жители Донбасса). Я думал - это самое страшное, что может видеть врач.

Но впереди нас ждал настоящий кошмар. Мы стали частью конвейера по добыванию и транспортированию людских органов. И я был частью всей этой адской машины. 

Когда нас привезли в Донецк, ситуация стала еще страшней. Теперь нас заставляли выполнять "план". Каждый день нам давали список того, что мы должны найти на улицах города, который горит. В этом списке были дети и беременные женщины, у которых мы должны были "за живо" изымать органы. 

Тех, кто отказывался выполнять "план", били и угрожали, что они сами станут донорами. В первой группе за неделю пропали два человека. Не вернулись из города. Так нам сказали. 

В Донецк нас привезли в "Лабораторию по пересадке жизненноважных органов". В реальности это было страшное помещение площадью примерно 20 кв.м. Это все было в подвале какого-то здания. Нам показали аммиачную установку и железный шкаф с препаратами и инструментами. В подвале было плохое освещение, влажность, холод. Мы ходили по доскам, под которыми хлюпала грязная вода. В нашем распоряжении было три деревянных операционных стола. Было видно, что их сделали перед нашим приездом. Оперировали мы при освещении обычных ламп. Аппаратуры никакой. Все время шумит и коптит дизельный генератор. Над окнами подвала "лаборатории" постоянно проезжала тяжелая техника и были слышны выстрелы и взрывы. Нас охраняли 4 человека с автоматами. В нашем подвале работал настоящий биологический банк живых органов. 

В этом подвале мы прожили все лето (авт. - 2014 года) . Работали и спали между приездами военных. Потом выезжали на задания и шли за спиной военных. Зачищали поле боя.

В августе нам удалось вырваться из этого пекла. Мы возвращались в город из села, куда выезжали за свежими органами. В нашей машине было 5 человек. Водитель, два охранника и нас, двое хирургов. Машина перевернулась после выполненного задания. В боксах были органы. 12 боксов. Мы подъезжали до блокпоста. Еще недавно он был "наш". Как оказалось, его захватили другие военные части. Это мы поняли, когда нам навстречу выехала машина и начала моргать фарами. Наш водитель первый понял, что происходит, попробовал развернуться прямо на дороге. 

Началась перестрелка. нашу машину повредили. мы остановились около леса и хотели бежать в лес. Но охранники потребовали, чтобы мы взяли с собой все 12 боксов. Я снова почувствовал угрозы, какие чувствовал в Одессе - про спец.объяснения, что мы сами станем донорами всех органов, если товар не будет доставлен. Что Наливайченко и его наемники найдут нас уже через час, и что мы будем убиты на месте при попытке к бегству.

Мы взяли все 12 боксов и побежали в сторону кустов. Началась настоящая перестрелка и взрывы рядом с нами. Дальше я точно не помню, поскольку нас накрыло взрывом и когда я пришел в себя, было уже темно. Боксов у меня не было. Я вышел на дорогу с поднятыми руками. В руках у меня был документ журналиста. Тот самый, который, по словам наших работодателей, гарантировал нам безопасность в чужой стране. 

Но нам говорили про мирное время. А там была война. У меня не было другого выхода при таких обстоятельствах. Я шел навстречу неизвестности. Вся надежда была на мою легенду журналиста. Меня допросили на блокпосту. Я сказал, что меня захватили те люди, и держали в плену уже второй месяц. 

Потом меня отправили в Донецк, где сдали людям из спецслужб или полиции. я не могу точно сказать. Не знаю, что это была за форма, мне не знакома и знаков различия на ней не было. 

Через два дня допросов меня поместили в камеру с еще одним журналистом. Он оказался настоящим журналистом и уже месяц был в Донецке. Через три дня нас передали международной организации. Так началась моя долгая и непростая дорога домой. 

Сейчас я пребываю в безопасном месте. Я надеюсь, что многие из наших ребят, которые работали со мной, тоже. Но мы все запомним навсегда эту войну, нелюдскую и жестокую. Ту, которая навсегда изменила нашу жизнь. 

Иногда Аллах ломает наш дух, чтобы спасти наши души...

Гимн революционной Украины (Слава героям/хава нагила)


Немного ИСТОРИИ.. 

Еврейский Холохост, которого, в отличие от Одессы и Донбасса, НЕ БЫЛО..., но за который НЕМЦЫ заплатили Израилю и евреям более $100 млрд..




Документы, на сновании которых были получены эти цифры – полные, официальные документы системы немецких концлагерей военного времени – были захвачены советской армией в лагере Oranienburg (недалеко от Берлина) в апреле 1945 г. До «гласности» доступ к этим документам, согласно российским источникам, предоставлялся только еврейским исследователям по причинам, которые вскоре станут очевидны. 

ПОЛНАЯ ОТЧЁТНОСТЬ 

Эти документы, полноту и аутентичность которых никто не оспаривает, утверждают, что общее количество всех лиц, погибших во всей системе немецких лагерей заключённых от её создания в 1935 г. до её крушения в конце 1944 и начале 1945 гг. составило 403.713.

Повторяю: общее количество в 403.713 человек всех рас и исповеданий были официально зарегистрированы как умершие (от всех причин: тифа, старости, краснухи и т.д., а также казней) во всей системе немецких лагерей заключённых в течение 10 лет. 

Из этих 403.713 человек 73.137 человек умерло в Аушвице, включая 38.031 еврея. 

КОНСТАНТИН БЕЛЯЕВ - Кругом одни евреи




Еврейское казачество - азохен вей и танки наши быстры!



Евреи - истоки. Часть 1.

Читать ВСЕМ ! Программа ЖИДОВ по уничтожению РУССКИХ

Россия: список российских жидов, поддержавших нацистский переворот на Украине (список)



ИноСМИ: Убей АМЕРИКАНЦА - лозунг ВСЕГО ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

Комментариев нет :

Отправить комментарий